Институт востоковедения РАН в средствах массовой информации

«Чернила учёных перевесят кровь шахидов»

27 октября 2018 года

В библиотеке имени Ф.М. Достоевского состоялся городской завтрак на тему «Литература, ислам и большая политика: может ли слово быть оружием?». Спикеры, Василий Кузнецов, руководитель центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН, а также Ольга Брейнингер, писатель, литературный антрополог и докторант Гарвардского университета, обсудили роль литературы на мусульманском Востоке и на Кавказе.

Ближний Восток, где «арабская весна» все еще влияет на социальные и политические процессы, меняется ежеминутно. В регионе действия ключевых политических акторов традиционно объясняются через призму ислама, под которым может пониматься культура, идеология, цивилизация и непосредственно религия. Коннотаций у ислама множество. Этим и объясняется его уникальная природа, которая придает некую пластичность его значениям. Как отметил Василий Кузнецов: «При помощи ислама вы можете оправдать или пояснить абсолютно диаметральные явления: можно признать право на многоженство, а можно такой уклад семейной жизни запретить». Для того, чтобы верно трактовать ислам, его нельзя вырывать из контекста. Ислам основан на сакральных текстах, которые нашли свое отражение в литературе.

Отвечая на вопрос «может ли слово быть оружием?» Василий Кузнецов сказал, что хотел бы незамедлительно дать положительный ответ, прокомментировав его следующим образом: «мы гуманитарии, а гуманитариям всегда хочется придать значимость собственной деятельности». Однако, если мы соглашаемся с тезисом «слово — это оружие», мы автоматически оправдываем цензуру. Именно так это и воспринималось на протяжении XIX и, особенно, XX века. Можно вспомнить, какое колоссальное внимание уделялось литературе политическими деятелями — и внимание императорской семьи, и Ленина, а затем и Сталина. Эксперты уверены, что этот этап пройден, и литература потеряла свое влияние. На сегодняшний день заметны другие тенденции: литературы стало больше количественно, просто потому что увеличилось число пишущих людей. Но она перестала восприниматься как оружие — нет ни нового Солженицына, ни Сахарова, чьи работы имели большой политический эффект. А если и есть такие работы, то они известны лишь узкому кругу. Здесь можно вспомнить прозу Прилепина. Слово как оружие — это метафора. Метафора удобна тем, что её можно использовать, как угодно. Ислам — это не что-то плохое. Это основа культурной идентификации общества. Текст в целом не может быть опасен. Опасной может быть интерпретация текста человеком.

Если рассмотреть другой тезис о том, что политика — это текст, тогда слово действительно является оружием. Дело в том, что поведение политических акторов определяется их личным видением реальности. А это видение реальности всегда выступает в форме текста, который имеет не только логические связи, но и литературные. Если взглянуть на ближневосточную реальность, то можно заметить, как реализуется текстологическое видение социальной и политической обстановки. Как уже было отмечено, ислам — это религия книги. Именно поэтому в арабском мире проводится культурно-религиозное осмысление социальных и политических процессов через интерпретацию сакральных текстов. Вопрос в том, насколько эта интерпретация будет понятна человеку, находящемуся вне этой литературной системы? Очень часто исламистов обвиняют в двойном дискурсе и даже некотором лицемерии. Такие обвинения логичны, если вы смотрите на процесс за пределами той самой эстетической и художественной культуры. Важно понять, истинность текста не должна меняться в зависимости от ваших интерпретаций. В таком случае получается логический порядок — вы признаете, что текстология первична, а последствия ваших интерпретаций — вторичны. Другим видным подтверждением тезиса о том, что слово может являться оружием выступает развитие политического рэпа. Эксперт отметил, что во время событий «арабской весны» в 2011 году рэп как жанр политического обращения стал таким же спусковым крючком для протестов, как и самосожжение Мохаммеда Буазизи. И в этом нет ничего удивительного. Рэп традиционно был связан с арабской поэзией. Василий Кузнецов вспоминает: «помню, как во время командировки в Йемен в 2008 году, на центральной площади поэт читал свои политические стихи». Доказательство связи рэпа и арабской поэзии можно также найти в книге «Поэтика и политика в современном бедуинском обществе». Это сборник бедуинской поэзии Синайского полуострова и Иордании из 1980-х – начала 2000-х годов. В нем представлен жанр поэтических состязаний, очень похожий на рэп-батл. Политическая тематика активно присутствует в бедуинской поэзии, и когда общество модернизировалось, эти приемы нашли выход в современном рэпе…

…А может ли литература быть неким лекарством? И есть ли место для такой литературы на Ближнем Востоке или Кавказе? Спикеры единогласно убеждены, что литература не может быть инструментом примирения. Василий обратился к Ближнему Востоку: «Да, там действительно можно увидеть попытки примирения при помощи слова и текста. Например, установление арабо-израильского диалога через литературу. Но у меня есть ощущение, что эта литература больше интересна нам, европейцам, американцам, чем участникам диалога. Мне кажется, что гуманистический потенциал сегодня не раскрыт». Ольга, отвечая на этот вопрос, заявила, что литературе сложно здесь и сейчас быть фактором, влияющим на ход политических событий, не говоря уже о её примирительной роли. «Дело в самой природе литературы: по своей натуре, она всегда опаздывает. Первыми всегда реагируют журналистика, документалистика, публицистика и уже совсем потом подключается большая проза». Говоря о Северном Кавказе, нельзя говорить о каком-либо миротворческом потенциале литературы по ряду причин: тематически и эстетически то, что происходит сейчас в литературе Северного Кавказа, разнообразно и политически полярно. Это связано с определением читателя, для которого пишется литература. Дело в том, что на Кавказе существует более десятка местных языков. И если автор хочет выйти на широкого читателя, ему необходимо писать на русском языке. И этот факт уже сам по себе перечеркивает любой миротворческий потенциал. Ольга: «то, что делают авторы сейчас на Кавказе — это попытка передать неоднородность общества, в котором они сейчас живут. То есть в сюжете обязательно встретятся религиозный человек и светский, девушка в мини-юбке и полностью покрытая девушка, страстный сторонник Сталинского политического курса и чистой воды либерал. То есть проза отражает внутренние конфликты»…

Читать полностью первоисточник: «РСМД»

 

Все новости ИВ РАН в СМИ >>

Календарь ИВ РАН

Декабрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6